Налоговые льготы для офшорного банковского бизнеса

Читать PDF-версию (8 стр.)

Освобождение от налога у источника выплаты 1968 года

Первая и самая важная льгота касалась налога на проценты. До октября 1968 года Сингапур взимал налог у источника выплаты в размере 40 % с процентов, выплачиваемых нерезидентам по депозитам в иностранной валюте. Чтобы поставить новый рынок в равные условия с рынком евровалют, правительство освободило от налога у источника выплаты проценты, выплачиваемые нерезидентам, которые размещали депозиты в банках с лицензией на операции в иностранной валюте. Нгиам описывает эту меру как акт, создавший ACU.¹

Освобождение было обусловлено требованием, отражавшим его цель. По данным Чиа, проценты, получаемые нерезидентами по депозитам в одобренных банках, с 1968 года освобождались от подоходного налога при условии, что нерезидент не вёл предпринимательской деятельности и не имел постоянного представительства в Сингапуре.² Таким образом, льгота была рассчитана на привлечение денег из-за рубежа без размывания внутренней налоговой базы. Депозитор-нерезидент, разместивший средства в Сингапуре, не платил в Сингапуре налога с процентов. Сингапурская компания с таким же депозитом оставалась налогоплательщиком.

Льготная ставка 10 % 1973 года

Вторая льгота касалась прибыли самих банков. В январе 1973 года налог на прибыль банков от офшорных кредитов в азиатских долларах был снижен с 40 до 10 %, тогда как прибыль от кредитов резидентам по-прежнему облагалась по ставке 40 %.³ Чиа, писавший в 1977 году, называет эту норму статьёй 43A Закона о подоходном налоге.⁴ Первоначально льгота охватывала кредиты заёмщикам-нерезидентам. Она не распространялась на межбанковские операции между ACU в Сингапуре: они облагались по ставке 40 %, тогда как к операциям с зарубежными банками применялась ставка 10 %.

Эта аномалия породила двухуровневую систему котировок, затруднявшую сделки между ACU внутри Сингапура. В феврале 1977 года правительство объявило, что ставка 10 % будет распространена на весь офшорный доход ACU, за исключением курсовой прибыли и доходов от операций с внутренними банковскими подразделениями и резидентами. Расширение охватило операции между ACU, сделки с обращающимися депозитными сертификатами, банковскими акцептами и облигациями в азиатских долларах и вступило в силу с 1978 налогового года.⁵ В перечне Чиа 1977 года по ставке 40 % по-прежнему облагались доходы от межбанковских операций с внутренними банковскими подразделениями, от кредитов резидентам, не являющимся банками, и от валютных операций.

Гербовые сборы, налоги на наследство и правила ликвидности

Ряд менее значительных мер устранил другие помехи. В январе 1972 года власти отменили 20-процентный норматив ликвидности, который лицензированные банки на рынке азиатских долларов обязаны были поддерживать по отношению к депозитам. В марте 1972 года был отменён гербовый сбор на переводные векселя, депозитные сертификаты и простые векселя. В июне 1973 года отменили гербовые сборы по офшорным кредитным договорам. Ещё через три года депозиты нерезидентов в иностранной валюте были освобождены от налога на наследство. Дополнительные льготы, объявленные в марте 1976 года, установили ставку 10 % для комиссий по офшорным аккредитивам и освободили от налога на наследство облигации в азиатских долларах, принадлежащие нерезидентам.⁶

Освобождение от налога на наследство заслуживает внимания в книге об управлении капиталом. Состоятельный депозитор из Индонезии или Таиланда, умерший с депозитом в Сингапуре, в противном случае подверг бы своих наследников сингапурскому налогу на наследство. Освобождение устранило этот риск и сделало Сингапур более надёжным местом для хранения ликвидного семейного капитала. В малом масштабе оно предвосхитило позднейшую стратегию привлечения частного капитала, которую рассматривают главы D.V и E.III. Сингапур отменил налог на наследство для всех случаев смерти начиная с 15 февраля 2008 года.⁷

Налоговое планирование на границе режимов

Там, где встречаются две налоговые ставки, появляется налоговое планирование. Доклад Чиа 1977 года с необычной откровенностью показывает, как банки могли выстраивать сделки, чтобы подвести доход под льготу. Банк, желавший выдать кредит в один миллион долларов сингапурской компании, мог вместо этого предоставить деньги офшорной компании, которая размещала их на депозите в ACU банка, а уже оттуда банк кредитовал заёмщика-резидента. Маржа по офшорному кредиту облагалась по ставке 10 %, а внутренняя часть схемы не давала налогооблагаемой маржи. Гербового сбора по кредитным договорам можно было избежать, подписав документы в Джохор-Бару или Гонконге. В противном случае кредит в 10 млн долларов США повлёк бы гербовый сбор в размере 122 500 сингапурских долларов.⁸

Отчасти власти отвечали на такие схемы снижением сборов, ради которых имело смысл их избегать. Пример — позднейшая поправка к Закону о гербовом сборе (Stamp Duty Act), ограничившая сбор по таким кредитным договорам суммой 500 сингапурских долларов. Эта закономерность повторяется в последующих главах книги. Как правило, Сингапур предпочитал конкурировать низкими и ясными ставками в сочетании с требованиями о реальном присутствии и ужесточал эти требования, когда видел злоупотребления. Льготы для семейных офисов, рассмотренные в главе E.III, следуют той же логике.

От статьи 43A к льготе для финансового сектора

Льготная ставка для доходов ACU более трёх десятилетий оставалась ядром сингапурской налоговой политики в банковской сфере. В конечном счёте она была поглощена режимом льготы для финансового сектора (Financial Sector Incentive), по которому одобренные компании платят пониженные ставки с доходов от квалифицируемой финансовой деятельности. Статья 43J Закона о подоходном налоге 1947 года предусматривает льготные ставки 5, 10, 12 или 13,5 % для доходов, полученных 1 января 2004 года или позднее. Поправки 2025 года ввели ставку 15 % для компаний, одобренных 19 февраля 2025 года или позднее.⁹ Ставка 15 % соответствует глобальному минимальному налогу для крупных групп, что снижает ценность очень низких льготных ставок. Преемственность от ставки 10 % 1973 года к льготе для финансового сектора прямая.¹⁰

Примечания

1. Bernauer, “The Asian Dollar Market”, с. 48: “the government of Singapore in October 1968 exempted from withholding tax the interest paid to non-residents placing deposits with banks in Singapore licensed to deal in foreign currencies. Before this change, the withholding tax payable on deposit interest for non-resident deposits in foreign currencies was 40 percent.”. Ngiam, “Singapore as a Financial Center”, с. 359: подразделение “was created by removing the withholding tax on interest paid to nonresidents for the placement of foreign currency deposits”. ↩
2. Chia, “Tax Implications and the Asian Dollar Market”, (1978) 20 Mal LR 16, с. 18: “since 1968 interests derived from deposits by non-residents in approved banks in Singapore are exempt from income tax. However, the non-resident institution must not carry on a business in Singapore or have a permanent establishment in Singapore.” ↩
3. Bernauer, “The Asian Dollar Market”, с. 48: “in January 1973, the tax on bank profits from Asian dollar offshore loans was cut from 40 percent to 10 percent, while the tax on the profits of Asian dollar loans to local residents remained at 40 percent”; аналогично Ngiam, “Singapore as a Financial Center”, с. 359, сноска 2. ↩
4. Chia, “Tax Implications and the Asian Dollar Market”, (1978) 20 Mal LR 16, с. 22, где в примере рассчитывается “Tax at 10% under Section 43A”. ↩
5. Chia, “Tax Implications and the Asian Dollar Market”, (1978) 20 Mal LR 16, с. 19 и 23: в феврале 1977 года льготный налог 10 % был распространён “to cover all offshore income of ACUs other than exchange profits and income from transactions with domestic banking units and residents”, начиная с 1978 налогового года; отказ от “2-tier quote” в пользу единой ставки 10 %. ↩
6. Bernauer, “The Asian Dollar Market”, с. 48 и 50, об отмене в марте 1972 года гербового сбора на переводные векселя, депозитные сертификаты и простые векселя, об отказе от гербовых сборов по офшорным кредитным договорам в июне 1973 года, об освобождении от налога на наследство тремя годами позже и об отмене в январе 1972 года “the 20 percent liquidity ratio that licensed banks operating in the Asian dollar market were required to hold against deposits”. Chia, “Tax Implications and the Asian Dollar Market”, (1978) 20 Mal LR 16, с. 18–19, о льготах, объявленных в марте 1976 года для офшорных аккредитивов, и об освобождении от налога на наследство облигаций в азиатских долларах, приобретённых нерезидентами, и их депозитов в ACU. ↩
7. Налог на наследство в Сингапуре отменён для случаев смерти 15 февраля 2008 года или позднее; см. Inland Revenue Authority of Singapore, “Estate duty” (iras.gov.sg). ↩
8. Chia, “Tax Implications and the Asian Dollar Market”, (1978) 20 Mal LR 16, с. 21–22 (пример 1), о проведении кредита в S$1 млн через офшорную компанию для применения ставки 10 % и о полученной “Tax saving $ 6,000”. Chia, “Tax Implications and the Asian Dollar Market”, (1978) 20 Mal LR 16, с. 22–23 (пример 3): “A US$10 million loan would attract S$122,500 stamp duty”, которого можно было избежать, подписав документы “in Johore Bahru or Hong Kong”; позднейшая поправка к Stamp Duty Act ограничила сбор суммой S$500. ↩
9. Income Tax Act 1947, s. 43J (“Concessionary rate of tax for financial sector incentive company”), в воспроизведении на lawplayer.com (дата обращения: ноябрь 2026 г.): s. 43J(1)(a) — ставки “5%, 10%, 12% or 13.5%” для доходов, полученных 1 января 2004 года или позднее; s. 43J(1)(b) — ставка 15 % для компаний, одобренных 19 февраля 2025 года или позднее (Act 25 of 2025). ↩
10. О замене с 2004 года льготной ставки ACU по s. 43A Income Tax Act режимом Financial Sector Incentive см. Budget Statement 2004 и соответствующие циркуляры IRAS. ↩

Только для общего ознакомления. Статья не является юридической или налоговой консультацией, не заменяет консультацию по конкретному делу и не создаёт отношений между адвокатом и клиентом. Она отражает правовое положение по состоянию на октябрь 2026.