Граница между электронными деньгами и цифровыми платёжными токенами
Электронные деньги определены в статье 2(1) Закона как хранимая в электронной форме денежная стоимость, которая номинирована в валюте или привязана к ней, оплачена заранее для совершения платёжных операций, принимается лицом, отличным от эмитента, и представляет собой требование к эмитенту.1 Определения электронных денег и DPT по замыслу взаимно исключают друг друга: определение DPT исключает всё, что эмитент привязал к валюте, а определение электронных денег требует номинирования в валюте или привязки к ней. Поэтому стейблкоин попадает в одну из трёх категорий. Если эмитент привязывает его к валюте и он представляет собой заранее оплаченное требование к эмитенту, это электронные деньги, а эмитент оказывает услугу по выпуску электронных денег. Если привязка к валюте обеспечивается только рыночным механизмом и обещания эмитента нет, как у алгоритмического стейблкоина, это DPT. Если он привязан к товару или к корзине, это DPT, поскольку привязка не к валюте.
Граница важна по трём причинам. Во-первых, эмитент электронных денег сталкивается с лимитом остатка в S$ 5 млн для SPI и с обязанностями по обособлению средств для MPI, а также с запретом выплачивать проценты на остаток.2 Во-вторых, на поставщика услуг в сфере DPT распространяются ограничения доступа потребителей, рассматриваемые в главе III, а на эмитента электронных денег — нет. В-третьих, различаются уведомления о ПОД: PSN01 для электронных денег и прочих фиатных услуг, PSN02 для услуг в сфере DPT. Режим стейблкоинов августа 2023 года, рассматриваемый в главе VI, призван наложить на эту границу особую «услугу по выпуску стейблкоинов» для стейблкоинов, привязанных к одной валюте — сингапурскому доллару или валюте G10. Пока этот режим не закреплён законодательно, эмитент стейблкоина в сингапурских долларах лицензируется на выпуск электронных денег. Эмитент токена, привязанного к валюте без права требования погашения, лицензируется на услуги в сфере DPT.
Трансграничный взгляд
Эмитент из Цуга, выпускающий стейблкоин в швейцарских франках и желающий распространять его в Сингапуре, сталкивается с двумя режимами, которые квалифицируют один и тот же токен по-разному. В Швейцарии дополнение FINMA 2019 года и её Руководство 06/2024 (Guidance 06/2024) квалифицируют погашаемый токен, привязанный к валюте, как депозит. Это влечёт применение Закона о банках (BankG), если не используется структура с банковской гарантией или финтех-лицензия (см. часть E, глава VII). В Сингапуре тот же токен является электронными деньгами, что влечёт услугу по выпуску электронных денег, либо DPT, если требования о погашении к эмитенту нет. Сингапурский дистрибьютор, продающий токен за сингапурские доллары, совершает операции с DPT, если токен является DPT. Если токен — электронные деньги, дистрибьютор оказывает платёжную услугу, только если он выпускает или погашает токен. Квалификацию следует определить в обеих юрисдикциях до того, как дизайн токена будет зафиксирован. Сингапурский ответ зависит от того, «привязывает» ли эмитент токен. Швейцарский — от того, есть ли у держателей право требовать погашения.
Примечания
- PSA, статья 2(1), определение «e-money», пп. (a)–(d). ↩
- PSA, статьи 6(5)(c) и 23 (обособление соответствующих денежных средств, включая остаток электронных денег). ↩
Только для общего ознакомления. Статья не является юридической или налоговой консультацией, не заменяет консультацию по конкретному делу и не создаёт отношений между адвокатом и клиентом. Она отражает правовое положение по состоянию на октябрь 2026.