Экономические последствия отделения

Читать PDF-версию (9 стр.)

Потеря общего рынка

Отделение положило конец надежде, на которой строилась промышленная стратегия 1959 года. Сингапур лишился перспективы общего рынка примерно в 12 млн человек, на который его плановики рассчитывали с 1959 года. На практике потеря была меньше, чем можно подумать по этой цифре, поскольку общий рынок так и не был создан. Го Кенг Сви уже в период слияния пришёл к выводу, что его выгоды не столь значительны, как ему когда-то казалось.¹

В день отделения Ли проиллюстрировал этот дисбаланс. Шины Dunlop, произведённые в Петалинг-Джае, ввозились в Сингапур беспошлинно, а шины Bridgestone, изготовленные в Джуронге, при ввозе в Федерацию упирались в квоту. По покупательной способности, утверждал он, на Сингапур приходилось около 40 % общего рынка против 60 % у полуострова, хотя его население составляло лишь четверть.² Вывод он сделал такой: любое будущее экономическое сотрудничество потребует встречных уступок.

Тем не менее зависимость от Малайи была реальной, что Ли показал на той же пресс-конференции. По его оценке, около 24 % торговли Сингапура приходилось на Малайю и ещё 4–5 % на Сабах и Саравак, а вода поступала из Джохора. Он также отметил, что британские базы обходились примерно в 400 млн долларов в год, тогда как годовой бюджет Сингапура составлял лишь около 120 млн долларов.³ Эти цифры очерчивали экономическую проблему нового государства: оно нуждалось в соседях ради торговли и воды и не могло само оплачивать свою оборону.

Рост, торговля и безработица

Официальные национальные счета ясно показывают потрясения тех лет. В цепных долларах 2015 года реальный ВВП снизился с 10 463,5 млн долларов в 1963 году до 10 138,8 млн долларов в 1964 году, то есть примерно на 3,1 %. В 1965 году он восстановился до 10 933,1 млн долларов, а в 1966 году достиг 12 046,1 млн долларов, что означает рост примерно на 7,8 и 10,2 %.⁴ По более ранним оценкам, спад 1964 года составил около 4 %. Разница, вероятно, объясняется позднейшими пересмотрами национальных счетов.⁵

Структура спада показывает, куда пришёлся удар конфронтации. Оптовая и розничная торговля, то есть сектор купцов транзитной торговли, сократилась с 2006,6 млн долларов в 1963 году до 1595,2 млн долларов в 1964 году, примерно на пятую часть. Обрабатывающая промышленность за тот же год выросла с 1365,3 млн до 1407,7 млн долларов, а финансы и страхование — с 234,2 млн до 253,9 млн долларов. Общий товарооборот снизился примерно с 7,75 млрд долларов в 1963 году до примерно 6,25 млрд долларов в 1964 году. Это падение связывают с приостановкой торговли с Индонезией.⁶

Согласно официальному историческому обзору правительства, в 1960–1965 годах реальный ВВП рос в среднем на 5,7 % в год. В период слияния в обрабатывающей промышленности было создано около 21 000 рабочих мест. Безработица тем не менее оставалась двузначной, и это беспокоило правительство, перед которым стояла быстро растущая рабочая сила. К 1965 году население достигло 1 886 900 человек. Таким образом, отделение пришлось на момент, когда экономика начала оправляться от конфронтации, а рынок труда всё ещё не мог поглотить молодое население.⁷

Фискальный суверенитет

Отделение вернуло Сингапуру всю его налоговую базу. С отменой приложения J прекратился взнос федеральному правительству в размере 40 % общегосударственных налогов. Правительство могло также отменить федеральные налоги, против которых выступало. 9 августа 1965 года Ли объявил, что налог с оборота будет немедленно отменён, а налог на фонд оплаты труда если и будет чем-то заменён, то взносом в систему страхования по безработице.⁸

Фискальный суверенитет принёс и новое бремя: теперь Сингапуру предстояло самому финансировать оборону и дипломатическую службу, расходы на которые Ли обрисовал цифрами по британским базам. Вместе с тем он получил полный контроль над налоговыми стимулами. Пионерный статус, который федеральные власти предоставляли так скупо, стал инструментом исключительно сингапурского правительства. В главе III этой части показано, как EDB использовал его для привлечения иностранных производителей, а в главе IV — как та же свобода сделала возможной налоговую льготу 1968 года, создавшую рынок азиатских долларов (Asian Dollar Market).

Денежно-кредитный суверенитет

Самое долговременное финансовое последствие отделения касалось денег. Сингапур и Малайзия по-прежнему пользовались общим долларом Малайи и Британского Борнео, который выпускал общий валютный совет и который был привязан к фунту стерлингов по курсу два шиллинга четыре пенса. После отделения планируемая малайзийская валюта стала бы в Сингапуре иностранными деньгами. Поэтому министр финансов Сингапура Lim Kim San уже в октябре 1965 года предложил общую валюту, а 8 ноября 1965 года написал Tan Siew Sin, предложив либо валютный совет, либо совместный центральный банк.⁹

Переговоры упёрлись в вопрос о собственности на резервы. Bank Negara Malaysia отверг валютный совет как анахронизм и предложил хранить резервы Сингапура на отдельных счетах. Проект соглашения не обеспечивал Сингапуру бесспорной собственности на эти резервы и контроля над ними. 4 августа 1966 года Lim написал, что Сингапур «никогда не передаст свои резервы в доверительное управление органу, подконтрольному иностранному правительству». 17 августа 1966 года оба правительства объявили, что с 12 июня 1967 года у них будут раздельные валюты.¹⁰

В этот день валютный союз прекратился: Малайзия, Сингапур и Бруней начали выпускать собственные валюты. Соглашение о взаимозаменяемости валют сохраняло взаимозаменяемость трёх валют по номиналу, пока Малайзия не вышла из него с 8 мая 1973 года. Бруней и Сингапур сохраняют взаимозаменяемость по сей день. Сингапур решил сохранить валютный совет. Его историю вместе с созданием Денежно-кредитного управления Сингапура прослеживает глава V этой части. Стремление владеть своими резервами безраздельно стало отправной точкой управления резервами, которое рассматривается в главе I части D.¹¹

От хинтерланда к миру

Более глубокое последствие отделения было стратегическим. С XIX века Сингапур жил как порт хинтерланда, сначала архипелага, затем Британской Малайи. Слияние было попыткой закрепить этот хинтерланд с помощью федеральной конституции. Её провал вынудил правительство искать рынки, капитал и технологии за пределами региона.

Ли сформулировал этот принцип в день независимости: Сингапуру следует торговать «с каждой страной мира, которая готова оставить нас в покое и позволить нам быть самими собой».¹² Промышленная стратегия изменилась соответственно. Теперь фабрики должны были производить на экспорт при финансировании за счёт прямых иностранных инвестиций и при поддержке государства. Финансовый сектор следовал той же логике. Рынку офшорных долларов в азиатском часовом поясе, созданному в 1968 году и рассматриваемому в главе IV этой части, хинтерланд вообще не требовался. Ему нужны были стабильная валюта, надёжная правовая система и правительство, готовое предоставлять налоговые стимулы. Всё это Сингапур теперь контролировал сам.

Примечания

1. SG101 (Government of Singapore), “1959–1965: Early Economic Strategies” (дата обращения: ноябрь 2026 г.): от слияния ожидали общего рынка примерно в 12 млн человек. SG101, “1959–1965: Early Economic Strategies” (дата обращения: ноябрь 2026 г.): выгоды общего рынка “were not as substantial as he once believed” — так описан вывод Го Кенг Сви. ↩
2. Lee Kuan Yew, пресс-конференция 9 августа 1965 г., с. 13–14: “Dunlop tyres from Petaling Jaya come to Singapore free”; “Bridgestone tyres made in Jurong can’t go to the Federation because I think there’s a quota restriction”; по покупательной способности “we are 40 per cent, they are 60 per cent”. ↩
3. Lee Kuan Yew, пресс-конференция 9 августа 1965 г., с. 2–3: “Our water supply comes from Johore. Our trade … I think about 24 per cent – with Malaya, and about 4 to 5 per cent with Sabah and Sarawak”; базы “comes to about $400 million a year, and Singapore’s annual budget is only about $120 million”. ↩
4. Singapore Department of Statistics, Table Builder, “Gross Domestic Product In Chained (2015) Dollars, By Industry (SSIC 2020), Annual” (таблица M015721, дата обращения: ноябрь 2026 г.): ВВП 10 463,5 млн долларов (1963), 10 138,8 млн долларов (1964), 10 933,1 млн долларов (1965) и 12 046,1 млн долларов (1966); темпы роста рассчитаны автором. ↩
5. Alvin Tan, “Konfrontasi”, BiblioAsia, январь–март 2024 г., со ссылкой на Cheng Siok Hwa: “GDP fell by 4 percent” в 1964 году с восстановлением в 1965 году. ↩
6. Singapore Department of Statistics, таблица M015721 (дата обращения: ноябрь 2026 г.), цепные доллары 2015 года: оптовая и розничная торговля 2006,6 млн долларов (1963), 1595,2 млн долларов (1964), 1649,0 млн долларов (1965); обрабатывающая промышленность 1019,3 млн долларов (1960), 1365,3 млн долларов (1963), 1407,7 млн долларов (1964), 1573,6 млн долларов (1965); финансы и страхование 234,2 млн долларов (1963), 253,9 млн долларов (1964), 279,1 млн долларов (1965). Wikipedia, “Singapore in Malaysia” (дата обращения: ноябрь 2026 г.): общий объём торговли снизился с “$7.7535” (1963) до “$6.2498” (1964), что объясняется приостановкой торговли с Индонезией (обозначение единиц в статье ошибочно; порядок величин — миллиарды долларов); Singapore Department of Statistics, таблица M451001 (“Merchandise Trade By Commodity Section, (At Current Prices), Monthly”, дата обращения: ноябрь 2026 г.): общий товарооборот за двенадцать месяцев 1964 года в сумме составляет 6255,1 млн долларов; в примечании к таблице указано, что данные до 2003 года не включают торговлю с Индонезией, приостановленную в 1964 году. ↩
7. SG101, “1959–1965: Early Economic Strategies” (sg101.gov.sg/economy/surviving-our-independence/1959-1965, дата обращения: ноябрь 2026 г.): реальный ВВП в 1960–1965 годах рос в среднем на 5,7 % в год; создано около 21 000 рабочих мест в обрабатывающей промышленности; “the unemployment percentage still hovered in the double digits”. Singapore Department of Statistics, таблица M810001 (дата обращения: ноябрь 2026 г.): общая численность населения 1 886 900 человек в 1965 году. ↩
8. Lee Kuan Yew, пресс-конференция 9 августа 1965 г., с. 5: “It is the intention of the Singapore Government to revoke the turnover tax forthwith. And, the payroll tax I think will be revoked as payroll tax”, возможно с заменой взносом “for an unemployment insurance scheme”. ↩
9. GIC, Bold Vision, глава 2, “Second Separation” (дата обращения: ноябрь 2026 г.): малайский доллар выпускал Совет валютных уполномоченных Малайи и Британского Борнео, и он был “pegged to sterling at the rate of two shillings and four pence”; Валютное соглашение 1960 года позволяло любому из правительств направить “an 18-month notice to leave the currency board”. GIC, Bold Vision, глава 2 (дата обращения: ноябрь 2026 г.): Lim Kim San поднял вопрос об общей валюте “as early as October 1965, just two months after separation”; 8 ноября 1965 года он написал Tan Siew Sin, предложив валютный совет или совместный центральный банк. ↩
10. GIC, Bold Vision, глава 2 (дата обращения: ноябрь 2026 г.): Bank Negara считал валютный совет “anachronistic”; официальные переговоры с 10 июня 1966 года; Сингапуру “was not guaranteed indisputable ownership and control of its reserves”; письмо Lim от 4 августа 1966 года. GIC, Bold Vision, глава 2 (дата обращения: ноябрь 2026 г.): 17 августа 1966 года оба правительства объявили, что у Сингапура и Малайзии “would have separate currencies from 12 June 1967”. ↩
11. Wikipedia, “Malaya and British Borneo dollar” (дата обращения: ноябрь 2026 г.): “On 12 June 1967, the currency union came to an end”; доллар Малайи и Британского Борнео перестал быть законным платёжным средством 16 января 1969 года. GIC, Bold Vision, глава 2 (дата обращения: ноябрь 2026 г.): валюты были “fully interchangeable at par value, in all three countries”; “The agreement lasted till 8 May 1973, when the Malaysian government opted out of it”; Бруней и Сингапур сохраняют её “till this day”. ↩
12. Lee Kuan Yew, пресс-конференция 9 августа 1965 г., с. 6: “we ought to trade with every country in the world that is prepared to leave us alone to be ourselves”. ↩

Только для общего ознакомления. Статья не является юридической или налоговой консультацией, не заменяет консультацию по конкретному делу и не создаёт отношений между адвокатом и клиентом. Она отражает правовое положение по состоянию на октябрь 2026.