Налоговые преступления как предикатные преступления для отмывания денег

Читать PDF-версию (11 стр.)

Пересмотр рекомендаций ФАТФ в 2012 году

Обмен налоговой информацией касается отношений между государствами. Признание налоговых преступлений предикатными для отмывания денег касается поведения самих банков. Уклонение клиента от уплаты налогов превращается в возможный источник преступных доходов, сокрытию которых банк помогать не вправе. В феврале 2012 года Группа разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег (ФАТФ/FATF) пересмотрела свои Рекомендации и потребовала от юрисдикций включить тяжкие налоговые преступления в число предикатных. Какие именно налоговые преступления считать тяжкими, каждая юрисдикция определяет сама.¹

Сингапур подготовил для этого почву. В сентябре 2011 года MAS напомнило финансовым учреждениям о необходимости проявлять бдительность в отношении подозрительного притока средств в преддверии соглашений между иностранными юрисдикциями об урегулировании неразрешённых налоговых вопросов. В программной речи 27 октября 2011 года управляющий директор MAS Рави Менон объявил о намерении криминализировать отмывание доходов от тяжких налоговых преступлений.² Момент был выбран не случайно. По данным Министерства финансов, MAS реагировало на соглашения о налоге у источника выплаты, которые тогда обсуждались и подписывались в Европе. Они создавали перспективу перетока незадекларированных европейских денег из швейцарских банков в Азию.³

Установленные преступления

9 октября 2012 года MAS опубликовало консультационный документ о признании налоговых преступлений предикатными. В нём пояснялось, что умышленное и мошенническое уклонение от уплаты налогов относится к тяжким налоговым преступлениям, поскольку связано с сокрытием сведений, фальсификацией или мошенническими действиями с целью уклонения от налога. Сингапур намеревался признать предикатными преступления по статьям 96 и 96A Закона о подоходном налоге и статьям 62 и 63 Закона о налоге на товары и услуги. Соответствующие изменения вносились во Второе приложение к Закону о коррупции, незаконном обороте наркотиков и других тяжких преступлениях (конфискации доходов) (CDSA) с 1 июля 2013 года. В консультационном документе отмечалось, что налоговые преступления пополнят перечень из более чем 400 уже существующих предикатных преступлений. В числе финансовых центров, которые уже сделали это, назывались Австралия, Гонконг, Нидерланды и Соединённое Королевство.⁴

Два преступления, связанные с подоходным налогом, различаются по тяжести. Статья 96 охватывает умышленное уклонение путём сокрытия дохода, ложных заявлений или ложных ответов. За него грозит штраф в размере трёхкратной суммы недоначисленного налога, штраф до 10 000 сингапурских долларов и лишение свободы на срок до трёх лет. Статья 96A охватывает тяжкое мошенническое уклонение с помощью подложных книг или записей либо любого обмана, ухищрения или уловки. Санкция — штраф в размере четырёхкратной суммы недоначисленного налога, штраф до 50 000 сингапурских долларов и лишение свободы на срок до пяти лет.⁵ Небрежные ошибки и простое непредставление декларации под эти нормы не подпадают. Швейцарское понятие квалифицированного налогового преступления, о котором речь пойдёт ниже, проводит границу иначе.

Составы отмывания денег по CDSA в полной мере применяются к доходам от этих преступлений. Тому, кто помогает другому лицу сохранить выгоды от преступного поведения либо скрывает, конвертирует или переводит их, грозит штраф до 500 000 сингапурских долларов, лишение свободы на срок до десяти лет или оба наказания.⁶ Для менеджера по работе с клиентами это изменило сам характер риска. Помощь клиенту в сокрытии незадекларированных активов от налоговых органов его страны перестала быть коммерческим решением. В Сингапуре она стала потенциальным уголовным преступлением.

Иностранные налоговые преступления и двойная преступность

Для центра управления капиталом решающим был вопрос об иностранном уклонении от уплаты налогов. Согласно статье 2(1) CDSA, «иностранное тяжкое преступление» — это преступление по праву иностранного государства, которое было бы тяжким преступлением, если бы деяние было совершено в Сингапуре. Ответ MAS по итогам консультаций, опубликованный 28 марта 2013 года, сделал из этого выводы. Для взаимной правовой помощи и для установленной законом обязанности сообщать о подозрениях Сингапур применяет принцип двойной преступности. Поэтому уклонение от иностранного налога такого вида, который Сингапур не взимает, например налога на наследство или налога на имущество, не является иностранным тяжким преступлением.⁷

MAS не позволило этому техническому ограничению превратиться в лазейку. Управление разграничило три ситуации. Если банк знает или подозревает, что активы клиента получены в результате уклонения от иностранного налога такого вида, который взимается и в Сингапуре, он обязан направить сообщение о подозрительной операции (STR) и защищён от ответственности за нарушение конфиденциальности. Если неясно, соответствует ли иностранный налог сингапурскому, банк также обязан направить сообщение и пользуется той же защитой. Если же точно известно, что у налога нет сингапурского аналога, обязанности сообщать нет. Добровольное сообщение в этом случае установленной законом защитой не пользуется. Однако во всех трёх случаях MAS ожидает, что банки применят свои механизмы контроля рисков и не допустят хранения активов, предположительно полученных в результате умышленного или мошеннического уклонения от уплаты налогов, «будь то внутреннее или иностранное преступление».⁸

Ожидания надзорного органа

С тех пор эти ожидания закреплены в руководствах к уведомлениям о противодействии отмыванию денег. Действующее руководство к уведомлению MAS 626 для банков предусматривает, что банк должен отказать потенциальному клиенту, если есть разумные основания подозревать, что его активы получены от тяжких преступлений, включая умышленное и мошенническое уклонение от уплаты налогов. В рамках существующих отношений подозрение требует усиленного мониторинга, а при необходимости и прекращения отношений. Банку, который хочет сохранить клиента, нужно одобрение высшего руководства с документально оформленным обоснованием. Руководство прямо распространяет эти правила на тяжкие иностранные налоговые преступления, даже если в Сингапуре аналогичного налога нет.⁹

В приложении B к руководству перечислены признаки подозрительных операций, связанных с налогами. Среди них негативные публикации в СМИ на налоговую тему, неясная цель открытия счетов в Сингапуре и крупные переводы в юрисдикции с повышенным риском уклонения от уплаты налогов или из них, которые клиент не может разумно обосновать. К другим признакам относятся реинвестирование средств в стране клиента после их транзита через налоговую гавань, счета под управлением внешних управляющих активами с недостаточным надзором, сделки с драгоценными металлами, не соответствующие профилю клиента, и необоснованное использование банковских сейфов.¹⁰ Этот перечень читается как опись приёмов прежнего офшорного бизнеса. Теперь каждый из них следует рассматривать как тревожный сигнал.

Правоприменение и международное сотрудничество

Национальная оценка рисков отмывания денег 2024 года относит налоговые преступления к ключевым угрозам для Сингапура наряду с мошенничеством, организованной преступностью, коррупцией и отмыванием денег через торговые операции. В ней отмечается, что Сингапур как центр управления капиталом «по своей природе подвержен ОД, связанному с доходами от налоговых преступлений, совершённых за рубежом». На конец 2022 года управляющие активами в Сингапуре управляли 4,9 трлн сингапурских долларов, 76 % которых поступили из-за пределов Сингапура. В отчёте фиксируется рост числа входящих иностранных запросов по налоговым преступлениям и роль юридических лиц и образований без статуса юридического лица в отмывании доходов от иностранных налоговых преступлений.¹¹

В том же отчёте описаны дела, показывающие новый режим в действии. В одном из них Департамент по коммерческим делам (CAD) арестовал 3,5 млн сингапурских долларов на сингапурских банковских счетах компаний, которыми владели через трастовые структуры. Предположительно их создала сингапурская лицензированная трастовая компания, чтобы скрыть бенефициарное владение гражданина США незадекларированными активами. В итоге средства были возвращены правительству США по соглашению с налогоплательщиком. В другом деле информация, которую сингапурские органы по собственной инициативе передали Соединённому Королевству, помогла 12 октября 2023 года добиться осуждения Берни Экклстоуна за то, что он не задекларировал траст с активами более 416 млн фунтов стерлингов. Он получил семнадцать месяцев лишения свободы условно и уплатил более 650 млн фунтов стерлингов в счёт своих налоговых обязательств.¹² Индивидуальная ответственность банков и их сотрудников в подобных делах рассматривается в части H, глава V.

Примечания

1. Monetary Authority of Singapore, Consultation Paper on Designation of Tax Crimes as Money Laundering Predicate Offences in Singapore, P019-2012, 9 октября 2012 г., предисловие и п. 1: пересмотр Рекомендаций ФАТФ в феврале 2012 года; юрисдикции “may decide on the definition and range of tax crimes which it considers serious”. ↩
2. MAS, Consultation Paper P019-2012, предисловие, п. 1 и примеч. 1: напоминание MAS финансовым учреждениям в сентябре 2011 года; о политическом намерении объявлено в октябре 2011 года в программной речи Рави Менона на мероприятии Wealth Management Institute Connection 27 октября 2011 года. ↩
3. Ministry of Finance, пресс-релиз от 14 мая 2013 г., примеч. 2: “In Sep 2011, in response to withholding tax treaties being negotiated and signed in Europe”, MAS предписало финансовым учреждениям Сингапура принять меры против возможного притока незаконных средств. ↩
4. MAS, Consultation Paper P019-2012, пп. 2–3: признание предикатными налоговых преступлений “under s.96 and s.96A of the Income Tax Act and s.62 and s.63 of the Goods and Services Tax Act”; изменение Второго приложения к CDSA к июню 2013 года; криминализация с 1 июля 2013 года; MAS, “MAS to Designate Tax Crimes as Money Laundering Predicate Offences”, пресс-релиз от 9 октября 2012 г. Consultation Paper P019-2012, предисловие, п. 3: признание сопоставимо с юрисдикциями ОЭСР и ключевыми финансовыми центрами “such as Australia, Hong Kong, Netherlands and the UK”; “the latest addition to the list of over 400 other ML predicate offences”. ↩
5. Income Tax Act 1947, ss. 96(1) и 96A(1), в изложении LawPlayer (lawplayer.com/sg/article/ITA1947/96 и /96A, дата обращения: ноябрь 2026 г.): s. 96 — умысел на уклонение от налога, штраф в тройном размере, штраф не более 10 000 долларов или лишение свободы на срок не более 3 лет; s. 96A — подложные книги или записи либо “fraud, art, or contrivance”, штраф в размере четырёхкратной суммы налога, штраф не более 50 000 долларов или лишение свободы на срок не более 5 лет. ↩
6. Corruption, Drug Trafficking and Other Serious Crimes (Confiscation of Benefits) Act 1992, ss. 51(5) и 54(5), в изложении LawPlayer (lawplayer.com/sg/act/CDTOSCCBA1992, дата обращения: ноябрь 2026 г.): для физического лица “a fine not exceeding $500,000 or … imprisonment for a term not exceeding 10 years or … both”. ↩
7. Corruption, Drug Trafficking and Other Serious Crimes (Confiscation of Benefits) Act 1992, s. 2(1), в изложении LawPlayer (дата обращения: ноябрь 2026 г.): “foreign serious offence” означает “an offence (other than a foreign drug dealing offence) against the law of a foreign country or part thereof”, если действие или бездействие составляло бы тяжкое преступление при совершении в Сингапуре. MAS, Response to Feedback Received – Consultation Paper to Designate Tax Crimes as Money Laundering Predicate Offences in Singapore, 28 марта 2013 г., пп. 3.3 и 3.7: принцип двойной преступности применяется к налоговым преступлениям в отношении взаимной правовой помощи и подачи STR; “a foreign tax evasion offence is not a ‘foreign serious offence’ under the CDSA if it relates to a type of tax not imposed by Singapore”. ↩
8. MAS, Response to Feedback от 28 марта 2013 г., пп. 3.4–3.7 и рис. 1: ситуация A — сообщение обязательно, защита по CDSA; ситуация B (неопределённость) — сообщение обязательно, защита предоставляется; ситуация C (аналогичного налога в Сингапуре нет) — обязанности сообщать нет, добровольное сообщение установленной законом защитой не пользуется; ссылка на s. 39(1) и (6) CDSA. Там же, пп. 3.2–3.3: финансовые учреждения должны “prevent the holding of assets where there are reasonable grounds to suspect that they are the proceeds of wilful or fraudulent tax evasion (be it a domestic or a foreign offence)”, даже если у иностранного налога нет аналога в Сингапуре. ↩
9. MAS, Guidelines to MAS Notice 626 on Prevention of Money Laundering and Countering the Financing of Terrorism, 28 марта 2024 г., последняя редакция от 1 июля 2025 г., п. 8-6-6: банк должен отказать потенциальному клиенту “where there are reasonable grounds to suspect that the customer’s assets are the proceeds of serious crimes, including wilful and fraudulent tax evasion”; усиленный мониторинг, прекращение отношений или одобрение высшего руководства для существующих клиентов; применение к “serious foreign tax offences, even if the foreign offence is in relation to the type of tax for which an equivalent obligation does not exist in Singapore”. ↩
10. MAS, Guidelines to MAS Notice 626 (редакция от 1 июля 2025 г.), приложение B, п. B-9, “Tax Crimes Related Transactions”, пункты (i)–(x), в том числе негативные сообщения на налоговую тему, “Unconvincing or unclear purpose or motivation for having accounts opened in Singapore”, круговое движение средств через налоговую гавань, счета под управлением внешних управляющих активами с недостаточным регулированием, драгоценные металлы и банковские сейфы, а также участие в программе налоговой амнистии. ↩
11. Singapore, Money Laundering National Risk Assessment 2024, пп. 3.2 и 6.2.17–6.2.18: налоговые преступления среди ключевых угроз ОД; Сингапур “is inherently exposed to ML involving tax crime proceeds originating from abroad”; 4,9 трлн сингапурских долларов под управлением на конец 2022 года, 76 % из-за пределов Сингапура; рост числа входящих иностранных запросов по налоговым преступлениям; STR по налоговым преступлениям часто связаны с негативными новостями или участием в иностранных программах налоговой амнистии. ↩
12. Money Laundering National Risk Assessment 2024, Case Study 8: сингапурская лицензированная трастовая компания предположительно создала трастовые структуры для гражданина США, чтобы скрыть бенефициарное владение; в 2012–2017 годах активы направлялись из фонда на счета сингапурских компаний; CAD арестовал 3,5 млн сингапурских долларов; средства возвращены правительству США; расследование в отношении трастовой компании продолжается. Там же, Case Study 1: сингапурские органы по собственной инициативе передали информацию Соединённому Королевству по каналам подразделения финансовой разведки и правоохранительных органов; осуждение Берни Экклстоуна 12 октября 2023 года; незадекларированный траст с активами более 416 млн фунтов стерлингов; 17 месяцев лишения свободы условно с испытательным сроком два года; уплата более 650 млн фунтов стерлингов. ↩

Только для общего ознакомления. Статья не является юридической или налоговой консультацией, не заменяет консультацию по конкретному делу и не создаёт отношений между адвокатом и клиентом. Она отражает правовое положение по состоянию на октябрь 2026.