Устойчивое финансирование и углеродные рынки
Устойчивое финансирование пришло в Сингапур поздно. Большую часть периода, которому посвящены предыдущие части этой книги, город-государство рассматривал изменение климата как вопрос физического выживания низменного острова, а его финансовый центр сосредоточивался на управлении капиталом, торговом финансировании, казначейских операциях и рынках капитала. За несколько лет это изменилось. В 2019–2026 годах Денежно-кредитное управление Сингапура (MAS) опубликовало два плана действий, таксономию с категорией для переходных видов деятельности, надзорные руководства по экологическим рискам и планированию перехода, а также создало ряд структур смешанного финансирования, призванных привлечь частный капитал к декарбонизации Азии. Правительство ввело первый в Юго-Восточной Азии углеродный налог и выстроило сеть двусторонних соглашений о международных углеродных кредитах. На официальном языке зелёное финансирование стало стратегическим направлением центра.
В этой главе рассматриваются эта стратегия и её пределы. Она начинается с планов действий 2019 и 2023 годов и рынка, который они помогли создать. Затем речь идёт о правилах классификации и раскрытия информации, которые должны сделать зелёные заявления сопоставимыми, об углеродном налоге и торговле углеродными кредитами, а также о переходном финансировании — сфере, в которой Сингапур стремится выделиться. Раздел о гринвошинге и ответственности рассматривает правовые риски, сопровождающие новые продукты. В завершение главы излагаются практические последствия для финансовых учреждений и консультантов и даётся сравнение с Женевой.
Парный том о Женеве описывает финансовый центр, который видит в устойчивом финансировании продолжение давней моральной экономики кредита и присутствия международных организаций, отвечающих за климат и развитие. Сингапур подходит к той же теме с иной отправной точки. Его обоснование региональное и практическое: на Азию приходится около половины мировых выбросов парниковых газов, её энергосистемы по-прежнему сильно зависят от угля, а переход требует капитала в таких масштабах, которые могут обеспечить только частные рынки. Женева делает упор на нормы и площадку для диалога, Сингапур — на определения, портфели проектов, пригодных для банковского финансирования, и роль государства как катализатора.
Главное
MAS запустило План действий в области зелёного финансирования (Green Finance Action Plan) 11 ноября 2019 года. Его первым крупным инструментом стала Программа зелёных инвестиций (Green Investments Programme) объёмом 2 млрд долларов США. Планом действий «Финансирование для нулевых выбросов» (Finance for Net Zero Action Plan) от 20 апреля 2023 года он был распространён на переходное финансирование. Сингапурско-азиатская таксономия (Singapore-Asia Taxonomy) от 3 декабря 2023 года относит виды деятельности в восьми секторах к зелёным, янтарным (переходным) или неприемлемым и содержит критерии досрочного вывода из эксплуатации угольных электростанций. Эмитенты, акции которых обращаются на SGX, отчитываются о выбросах охвата 1 и 2 начиная с финансовых лет, начинающихся 1 января 2025 года, более полное раскрытие климатической информации вводится поэтапно, а крупные компании, не имеющие листинга, присоединяются с 2030 финансового года. Углеродный налог вырос с 5 сингапурских долларов за тонну (2019–2023) до 25 (2024–2025) и 45 сингапурских долларов (2026–2027), причём до 5 % налогооблагаемых выбросов можно зачесть приемлемыми международными углеродными кредитами. Розничные ESG-фонды с 1 января 2023 года подчиняются руководству по раскрытию информации, а вводящие в заблуждение заявления об устойчивости влекут ответственность по общим нормам о недостоверных заявлениях и о защите прав потребителей.
Только для общего ознакомления. Статья не является юридической или налоговой консультацией, не заменяет консультацию по конкретному делу и не создаёт отношений между адвокатом и клиентом. Она отражает правовое положение по состоянию на октябрь 2026.