Ответственность компаний и должностных лиц
Сингапурские законы последовательно используют один приём для вменения преступлений компаниям и их должностным лицам. Преступления по Уголовному кодексу совершаются компанией через действия и психическое состояние её «руководящего разума» (directing mind), а лицо, фактически совершившее деяние, отвечает как исполнитель или подстрекатель. Регуляторные законы содержат прямые нормы, по которым должностное лицо, давшее согласие на преступление компании или попустительствовавшее ему либо своей небрежностью способствовавшее ему, виновно в том же преступлении. Такие нормы есть и в Законе о платёжных услугах, и в Законе о ценных бумагах и фьючерсах, и MAS в мерах воздействия регулярно называет генерального директора и комплаенс-офицера.1
Для швейцарской материнской компании с сингапурской дочерней риск действует в обоих направлениях. Преступление сингапурского должностного лица может стать предикатным для обвинений в отмывании денег в Швейцарии, когда доходы поступают на швейцарский счёт. В свою очередь, швейцарская материнская компания может понести ответственность по ст. 102 StGB, если преступление стало возможным из-за недостатков организации (см. часть H, глава I). Комплаенс-структура, рассматривающая две компании как изолированные друг от друга единицы, ведёт именно к такому результату.
Примечания
- Payment Services Act 2019, s 99 и Securities and Futures Act 2001, s 331 (преступления юридических лиц и ответственность должностных лиц), Singapore Statutes Online. ↩
Только для общего ознакомления. Статья не является юридической или налоговой консультацией, не заменяет консультацию по конкретному делу и не создаёт отношений между адвокатом и клиентом. Она отражает правовое положение по состоянию на октябрь 2026.